Пронские поля — осенняя встреча

Середина октября, «золотая осень», а это значит — пора в поля да леса. Очередная дружеская встреча в рязанских полях. Мы с Сашей долго думали куда бы поехать в этом году. Ярославская область уже приелась, эти дикие пробки в Пушкино, да и надо другие направления смотреть. В последнее время у меня пропал запал составлять маршруты часами, поэтому ткнув в карту, прикинул примерный маршрут. Вроде есть на что посмотреть, интересные ландшафты, значит будет где проверить проходимость машин. Направление выбрано, даты определены — в путь.

Как это было в прошлые года.

Осенняя встреча 2017 годаНерехта и окрестности.
Осенняя встреча 2018 годаСарское и Спасское болото.

На поляну, лагерь сбора, я выехал ближе к обеду. По-пути хотел заскочить еще в пару мест, но на улице погода была серая и я отложил эти планы. На место я приехал уже в глубоких сумерках. На поляне жег костер и скучал один лишь Максим. Пока окончательно не стемнело, нужно было заготовить дрова на вечерний костер. Благо Максим уже прошерстил окрестности и четко указал где есть сухие дрова. Пока таскали дрова на поляну подтянулись Костя с Денисом. В пять, точнее десять рук заготовка дров пошла веселей.

1.

2.

3.

Потихоньку на поляну приезжали ребята, все больше и больше. Вот подъехал Валентин и Глеб, позже подтянулся Саня, и уже совсем поздно Андрей. Но у нас уже горел костер. Жарилось мясо и мы душевно сидели о болтали. Я окидывал взглядом количество машин, прикидывал, что завтра подъедут еще две и в голове прокручивал как мы будем передвигаться такой «колбасой» по лесным дорогам. Но это будет завтра, а сегодня мы отдыхаем.

4.

Утро следующего дня было теплым и солнечным. Вокруг «горела» «золотая» листва на деревьях. Это очень радовало, поскольку прогноз был на серую и дождливую погоду. Пока мы ждали Артема и Александра прогулялись до заброшенной церкви одиноко стоящий на окраине поля.

5.

6.

7.

Где-то в поле, на окраине села Руднево сохранились руины церкви Иерусалимской иконы Божией Матери. Небольшой исторический очерк: «Руднево в качестве села, что была деревня на Смердячем Ржавце, упоминается в писцовых книгах 1628 -29 гг., в котором стояла на «помещиковой земле церковь Ильи пророка». По окладным книгам 1676 г. церковь в селе Рудневе именуется также Ильинскою, при ней показаны в притче дворы попа, дьячка, пономаря и просфирницы, и кроме пахотной земли, сенных покосов на 20 копен.

В приходе кроме села показаны деревни: Плоская ( Одерихино, на речке Смердячке ), Дальняя Плоская, Молотки и Терехова, в них по окладным книгам показано 41 двор помещиков, 112 дворов крестьянских, 12 дворов бобыльских, всего 169 дворов.

Дани по новому окладу с Ильинской церкви положено 3 руб. 33 алтына, а прежней дани было 2 руб. 16 алтын 4 деньги. И перед прежнем прибыло рубль 16 алтын и 2 деньги. В прошлом году, приписано рукою позднейшего времени в тех же окладных книгах, «марта в 22 день, по указу преосвященного Стефана митрополита Рязанского и Муромского и по указу из Москвы за приписью дьяка Василия Зарайникова, по челобитью сей церкви Святого Пророка Илии села Руднева попа Ефрема, велено данью обложить вновь и положить с остаточных приходских дворов, а по досмотру старосты поповского города Пронска Соборные церкви Покровского попа Ермила да домового подьячего Алексия Ключарева, в том селе Рудневе объявилось остаточных налицо дворов: двор попа Ефрема, двор дьячков да приходских в том селе и в приходских четырех деревнях: в Плоской, в Тереховой, в Дальней Плоской да в деревни Молотках десять дворов солдатских, тридцать два двора крестьянских, тринадцать дворов бобыльских, всего 59 дворов».

… С построением в 1811 году помещиком Иваном Яковлевичем Любавским существующей ныне в селе Рудневе, в конце прошлого столетия по имени владельца получившего наименование с. Яковлевского, каменной церкви в честь иконы Божией Матери Иерусалимской с приделом Ильинским, Ильинская церковь обращена была в кладбищенскую, в которой богослужение совершается временно притчем новопостроенной церкви.

В состав прихода к Иерусалимской церкви ныне входят: село Руднево, Яковлевское тож, с 72 дворами, деревня Одерихина с 31 двором, Плоская с 34 дворами, Генеральские выселки с 11 дворами и Гороховая с 24 дворами, в коих муж. пола 622, жен. пола 691.

Земли церковной во владении притча числится усадебной 3 десятины, пахотной 17 десятин, луговой 5 десятин и неудобной 11 десятин. Кроме того, при церкви имеется капиталу в билетах в пользу церкви 450 руб. и в пользу притча 150 руб.

По штату 1873 г. в Иерусалимском притче положены 1 священник и 1 псаломщик.

( Писцовые книги 1628 -29 гг. листы 753 и 779. Платежн. кн. лист 8 и 17. Окладные книги 1676 г. лист 194. Кн. записн. ставлен. № 493 и 497. Клировые ведом. с 1805 – 80 гг. Списки населенных мест Ряз. губ. № 2180. ) И. Добролюбов. «Историко-статистическое описание церквей и монастырей Рязанской епархии» 1885 г. том 2 стр. 37. «

8.

9.

Внутри церкви ничего интересного не сохранилось. Мы побрели обратно на поляну. Вдоль дороги нас сопровождали заросли терна.

10.

Вскоре все подтянулись и мы выехали на маршрут. Для начала заскочили в город Пронск, на смотровую площадку — Покровский бугор место где когда-то располагался Пронский кремль. Вообще город Пронск довольно старый город. Первое упоминание о нем относится к 1131 году.

Поселения на месте нынешнего Пронска появились в начале железного века. Пронское городище являлось носителем городецкой культуры (культура городищ «рогожной керамики»). Археологи В. А. Мальм и М. В. Фехнер считают, что древнейший славянский слой городища относится к XII веку и не содержит находок XI века. Пронский кремль стоял на высоком мысе левого берега Прони близ впадения в неё реки Пралии. Ныне это место называется Покровский бугор.

Пронск впервые упоминается в 1131 году в Никоновской летописи. Пронск был центром удельного Пронского княжества. 16—17 декабря 1237 года Пронск был взят татаро-монголам.

В 1460—1470-х годах Пронск был присоединён к Рязанскому княжеству, в его составе он был присоединён к Московскому княжеству в 1520 году.

В 1536 году в Пронске под руководством Петрока Малого (Фрязина) построена земляная крепость.

В 1565 году, после того как царь Иван Грозный разделил Русское государство на опричнину и земщину, город вошёл в состав последней.

С 1708 года — в Московской губернии, с 1778 года — уездный город Пронского уезда Рязанского наместничества, с 1796 года — Рязанской губернии.

В 1926 году Пронск утратил статус города.

В 1958 году за Пронском был утверждён статус посёлка городского типа.

Виды открывающиеся с Покровского бугра конечно завораживающие.

11.

12.

13.

Все конечно схватили фотоаппараты и начали клацать затворами.

14.

15.

Я же смотрел на великолепный рельеф и где-то внутри убежденно думал — да, это то что надо и красиво и есть где колеса спустить.

16.

Панорама реки Прони с видом на окрестности — кликабельна,

17.

Полюбовавшись красотами, нужно было ехать дальше. Впереди нас ждали интерестности. Поехали мы в урочище Поласский Лес. Погода шептала. Солнце, небо голубое, все желтое — красота. Впереди крутой спуск и подъем — ландшафт! Я был доволен, что не ошибся с местом покатушки.

18.

Внизу, этого оврага есть пруд с причудливыми топляками. Когда-то тут был лес и небольшой ручеек. Видимо его запрудили и получился вот такой колоритный пруд. Пока все спускали колеса, я как существо ленивое, с пятой попытки все же заскочил на глиняный подъем, и у меня было время прогулялся поближе к пруду.

19.

20.

21.

22.

А дальше были поиски дороги. Развороты и снова поиски дороги. Конечно, это очень неудобно постоянно крутиться такой «колбасой» в лесу. Потом Саня нашел какую-то колею в сторону урочище Городище. Но вскоре видимая дорога кончилась. Хоть Саня и рвался рубиться дальше, я же хотел видов, которые были в Пронске — ведь стоит такая классная погода.
В общем дорог мы не нашли и нам пришлось возвращаться своим следом. Дальше мы проехали по старой вымощенной булыжником дороге Пронск-Старожилово. Где-то в полях встали на обед.

23.

24.

25.

Тем временем погода стала серой, хорошо, что нет дождя. А мы после трапезы едем дальше.

26.

Большое Село – старинное поселение Пронского района, оно упоминается в приправочных книгах за 1597 год. В окладных книгах 1628 года говорится, что тогда селом владел вотчинник царя Михаила Федоровича Андрей Бурцев, при жизни которого в селении существовала деревянная церковь во имя Константина и Елены. Уютная сельская церковь владела земельными угодьями и пользовалась доброй славой у прихожан. Храм был великолепно украшен иконами. Священники имели богатые ризы и серебряные священные сосуды. При храме была колокольня со звонкими колоколами. В 1681 году в церкви оборудовали два придела. Один в честь св. Андрея Первозванного, а другой во имя св. Николая Чудотворца. В том же году в церковь было передано старинное Евангелие, что подтверждается надписью на титульном листе.

Нынешняя каменная церковь выстроена по благословению митрополита Рязанского и Муромского Стефана в 1712 году. Главный престол посвящен Преображению Господню. Церковь построена на средства царского стольника Ивана Бурцева. Чуть позже им же была сооружена колокольня с несколькими колоколами, а также каменная ограда вокруг храма. В конце XVIII века в Преображенской церкви устроили престол в честь Дмитрия Ростовского и основательно переделали остальные престолы. В таком виде храм простоял почти сто лет. За этот период здание храма заметно обветшало, к тому же требовались ремонтные работы и внутри церкви. На подготовку и согласования ушло несколько месяцев. И только в 1878 году в храме началась масштабная реставрации. Была поновлена настенная роспись, отремонтированы купол и колокольня, внутри здания полностью переделаны окна. В результате церковь приобрела нарядный вид, но немного утратила характер древней постройки.

За Преображенской церковью значилось 72 десятины земли, из которой 62 десятины отводилось под пашню, а остальные под луга и покосы. Доход храму приносили проценты с вложенного в банки капитала, они доходили в год до 640 рублей.В состав прихода входили деревни: Соха – 132 двора, Кореево – 26 дворов, Погорельские Выселки – 13 дворов, Солыковские Выселки – 8 дворов, сельцо Солыково – 11 дворов, Ржанские Выселки – 17 дворов. Общая численность прихожан составляла 909 мужиков и 955 женщин. По штату в церкви полагался один священник и один псаломщик.

( по материалам Иоанна Добролюбова «Историко-статистическое описание церквей и монастырей рязанской епархии»)

27.

28.

Полями мы поехали в сторону Перевлеса. Ландшафт кончился, что очень сильно огорчило. Перед нами простирались на десятки километров рязанские поля с небольшими полосками березовых посадок. Получается что и бездорожья нет и красивых картинок тоже неоткуда взять. Мыкались мы долго по полям. Погода испортилась поднялся ветер и начал накрапывать дождик. Народ как-то начал посматривать в сторону поиска места под лагерь.
Долгие поиски полянки привели нас в небольшой сосновый бор на берег небольшого лесного пруда, который потихоньку превращается в болото. Расставили машины, натянули тент, разожгли костер, расставили столы и стулья и начали посиделки. Артем готовил свою фирменную шурпу, мы жарили шашлыки, кто-то употреблял более горичительные напитки. Решили, что завтра посидим на этом месте подольше и поэтому выпить можно побольше.
К полуночи мы вели высокофилософские разговоры за веру и что-то еще. Потом были попытки уговорить Артема или Максима заехать на машине в болото, а потом их оттуда героически доставать. Благо хоть одна трезвая голова была и этого допустить не могла. Посидели мы душевно. Пора и спать.

29.

30.

31.

Утро было поздним. Сегодня можно было повалятся — выспаться. Но, тем не менее, я, Саня и Артем встали раньше всех. Пока лагерь отдыхал, мы прогулялись куда-то по дорожке вдоль рядов сосен.

32.

33.

Утром ребята начали потихоньку разъезжаться. Уехал Максим, потом Артем с Александром. Мы же поехали в сторону дома далеко после обеда. Пока Саша заезжал на родник за водой, я решил доехать до села Коленцы.

Село Коленцы довольно интересное. Во-первых здесь сохранились руины церкви Благовещения Пресвятой Богородицы построенной в середине 18 века в стиле борокко — что давольно необычно для этих мест. В книге Г.К. Вагнера и С.В. Чугунова «Рязанские достопамятности» внешний облик церкви описан следующим образом: «Церковь в Коленцах, отличается своим стройным ярусным силуэтом… Два ее восьмерика [восьмигранника] поставлены на довольно сложное по объему основание в виде трехлепесткового многогранника, в свою очередь двухсветного. Высокая колокольня на западном конце трапезной тоже представляет композицию «восьмерик на восьмерике». Все переходы от объема к объему в храме и в колокольне сделаны через вспученные, слегка куполообразные, кровли, придающие силуэту постройки барoчный, не прямолинейно-упрощенный, а живописный вид…».

Накануне Великой Отечественной войны церковь была закрыта и использовалась под склад для хранения зерна. В последние десятилетия заброшена и ныне за ее состоянием никто не следит, однако остов церкви полностью сохранился.

34.

35.

36.

37.

38.

Здесь же не далеко от старинного надгробного памятника сохранился вход в иной мир. Может конечно я преувеличиваю, но какое-то подземелье там явно есть. Может это какой-нибудь ход к игольной фабрике, которая виднеется вдали?

39.

Во-вторых в Коленцах остались руины первой в России игольной фабрике открытой здесь в начале XVIII века. А вообще интересно получается, что на Рязанщине есть много промышленных туристических объектов. Есть первые доменные печи, игольная фабрика, конезаводы, а самое удивительно, что неподалеку отсюда, когда-то был Истьинский чугоуноплавильный и железоделательный завод. И это на минуточку Рязанская область! Часть из этих достопримечательностей мы к сожалению проехали, есть повод вернуться сюда и в более спокойном ритме посмотреть на былое промышленное величие.

Но а мы вернемся к игольной фабрике. В 1719 году Петр I, думая об ограждении молодой русской промышленности от конкуренции более сильной, западноевропейской, издает указ «О пошлинах с иностранных игол», в котором прямо говорится о необходимости: «…продавать лишь те иглы во всем Российском государстве, которые делаются на заводах Российских купецких людей Сидора Томилина и Панкрата Рюмина.

Коленцевская игольная фабрика размещалась в 12-ти каменных и 5-ти деревянных зданиях. В ней имелось 4 отдела: проволочный, игольный, булавочный и машинный. До наших времен дошел в руинированном состоянии только центральный корпус, построенный в конце 18 в. Стасовым для нового хозяина Хлебникова, который смог поднять на должный уровень производство, пришедшее в упадок после наследственных разборок.

Несколько несложных архитектурных приемов центральной трехэтажной части вполне хватило для того, чтоб длинное семидесятиметровое здание не выглядело скучным и тяжеловесным. Кроме того, фасад здания выходил на центральную площадь и был созвучен оформлением барскому усадебному дому, от которого не осталось ни кирпичика.

Фабрика располагалась на берегу реки Прони, которая для производственных нужд была заграждена плотиной и давала силу падения в 125 лошадиных сил. «Одна плотина (в Коленцах) длиной в 700 пальм (156,5м) с трехпролетным мостом из тесаного камня высотой в 80 пальм (17,9м), с четырьмя трехэтажными зданиями, одним длиной в 350 пальм (78,25м), другими в 200 пальм (44,7м), с разными другими постройками для работы и складов» (из записки Стасова).

В 1842 году предприятия перешли по наследству к последнему представителю династии Полторацких – Сергею Дмитриевичу. Новый владелец завода и игольных фабрик был высокообразованным и прогрессивным человеком своего времени. Через несколько лет после получения наследства он начал реконструкцию завода, для чего завез из Англии, Германии и Бельгии большое количество машинного оборудования. К середине 18 века наряду с выплавкой чугуна и производства иголок завод стал изготавливать разных сортов гвозди, проволочные канаты, сетки и матрацы и эта продукция продавалась не только в России, но и распространялась далеко за рубежом. Всем хорош был новый хозяин, но водился за ним один грешок. «Да ты азартен, Парамоша!» — не про него сказано, но к нему отнесено может быть полностью.

В середине 50-х годов из-за этой страсти к азартным играм, приводившей к огромным долгам и семейным неурядицам, С.Д.Полторацкий навсегда выехал из России, бросив завод и фабрики на произвол судьбы. И снова бесконечная чехарда со сменой владельцев, плюс экономический кризис, всё это привело к тому, что Коленцевская игольная фабрика прекратила свое существование к 1906 году.

Это сейчас Коленцы забытое богом место о десяти душах населения, а когда-то приход Благовещенской церкви составлял более 2 тысяч человек. К слову сказать, на тот момент ни один храм Переславля Рязанского, губернского центра, не имел такого многочисленного прихода…

Как уже упоминалось выше, для нужд фабрики была построена деревянная плотина с тремя порогами и общей длиной 150 метров. Спустя некоторое время плотина стала создавать определенные трудности. Проня катастрофически мелела и использование плотины стало возможным только во время достаточного накопления воды. Сейчас в этом месте сохранились остатки плотины, до сих пор поражающие размахом для того времени и остатки моста через реку.

Советская власть подумала и решила, чего мол добру (плотине) пропадать. Плотина была реконструирована, прорыли отвод, по которому потом пустили воды Прони. Эта вода и стала подаваться на построенную гидроэлектростанцию. Две гидротурбины вырабатывали в час по 500 киловатт электроэнергии каждая, огромная мощность по тем временам.

В начале шестидесятых годов прошлого столетия, ввиду того, что мощность электростанции ограничивалась недостаточной емкостью водохранилища и находилась в прямой зависимости от напора воды, зависящего от времени года и погодных условий, она не стала удовлетворять потребностям времени.
К тому же в те годы в Рязанскую область стала поступать дешевая электроэнергия с ГЭС, построенных на Волге и объединенных в вместе с другими в единую энергетическую систему страны. Поэтому коленцевская станция, как сравнительно небольшая и маломощная, была закрыта, а потом и демонтирована.

Источники: http://ryazankp.ru/news/rodina_pervoj_rossijskoj_igolki/2012-09-18-232

http://www.liveinternet.ru/users/kovalaris/post69526213/
40.

На этом наше путешествие подходило к концу. На обратном пути мы еще пытались найти какой-нибудь карьер, чтобы Саша мог испытать в деле свежеустановленую блокировку заднего моста, но ничего подобного обнаружить не удалось. Через промышленные пейзажи Новомичуринска мы держим путь в сторону дома. Где-то после Пронска за окнами снова появился ландшафт. Глубокие балки и овраги изрезали бескрайние поля. Что же, я немного ошибся с направлением, не стоило так далеко забираться в поля. Интересные виды и дорожки оказались куда ближе.

41.

Ближе к дому мы с Сашей заехали на мойку самообслуживания. Такие мойки конечно дело хорошее, потому что, есть возможность помыть машину в самых «интимных» местах, о которых знаешь лишь ты. Места где так любит залеживаться глина после покатушек. Помыв машины мы отправились по домам.

42.