Там насамом, — на краю земли… Цып-Наволок

Мы взбираемся на песчаный бугор, за которым «край географии» — край полуострова Рыбачий, место, куда не многие путешественники заезжают. Безлюдный край где теплиться жизнь только в метеостанции и пограничной заставе, а на десятки километров нет ни каких поселений и живых душ людей. Но это все в перспективе, на самом деле с бугра открылся вид который немного меня смутил и я какое то время отказывался в это верить.

Под катом: Цып-Наволок — край географии + 40 фото.

Слева на большом полуострове стоит воинская часть, рядом синий домик метеорологов, в уютной бухточке между мысом Цып-Наволок и мысом Рюмина на рейде стоят три рыболовецких судна, чуть дальше на горизонте в холодных водах Баренцева моря ходит подводная лодка, справа за холмом видны развалины еще одной воинской части, а на верху виднеются строения ВЧ, но уже действующей. Мимо поехал квадроцыкл, чуть позже «Буханка» я не мог понять, как так? Ведь здесь должны быть только мы, погранцы и метеорологи… С холма острова малый и Большой Аникиев видны как на ладони. Нам нужно встать в удобном месте, завтра идти к ним на лодке. Место выбрали так себе, но во-первых другого более лучшего попросту не было, а во-вторых отсюда самый короткий путь на остров, да и к тому же куча уже попиленного плавника недвусмысленно намекала нам на костер.
1.

2.

А вот отрывок из книги Осиротевшие берега, что бы понимать на сколько интересное место — Цып-Наволок.
«Цып-Наволок — большая территория от реки Аникеевки до губы Лауш. На протяжении веков здесь возникают и исчезают поселения. Вот хроника этого процесса.
Эпоха мезолита. По данным ученого-археолога, знатока этих мест Нины Николаевны Гуриной, в районе Цып-Наволока находится несколько стоянок древних людей.
1560 год. Аника Строганов строит становище Оникеево с корабельной пристанью и в конце семидесятых годов передает его монахам Печенгского монастыря.
1608-1611 годы. В бухте Лауш существует крупнейшее рыболовецкое становище.
XVIII век. В исторических источниках упоминаются три рыбацких становища: «Цымнаволокский остров, Оникеево-в-Цымнаволоке, Гаврилово-в-Цымнаволоке».
Цып-Наволок — оживленное торговое место. На острове Аникеев взимается торговая пошлина, для этого царь отправляет туда свою таможенную заставу. В 1703 году «на Оникеевский остров с памятью (предписанием) к кораблям по прежнему обыкновению» Петр Первый посылает капитана Суханова со стрельцами.
1896 год. Строится маяк. В поселке насчитывается 12 хозяйств. В селении живут русские, норвежцы, финны, имеется школа, «Обширная больница Красного Креста имени императрицы Марии Федоровны», церковь Николая Чудотворца. Жители держат 40 коров и 150 овец. Большинство населения работает на фактории крупнейших наМурмане скупщиков рыбы братьев Савиных.
Начало XX века знаменуется постройкой в Цып-Наволоке телеграфного поста и установкой артиллерийской батареи.
1930 год. Организован рыболовецкий колхоз «Полярная «Звезда». Как назло, через неделю после этого в Цып-Наволок приходит судно архангельского купца Федора Пестова.
Второй десяток лет Федор ходил по рыбу в Порт-Владимир, Вайда-Губу, Цып-Наволок, Тюва-Губу. С рыбаками рассчитывался деньгами или продуктами. Имел хорошую репутацию у населения. В тот год, едва судно Пестова встало на якорь, к нему подошло несколько рыбацких карбасов. Дело было обычное, люди на карбасах давние знакомые. Купец встречал гостей у трапа. Те же, пряча глаза, объявили оторопевшему хозяину о том, что его судно национализируется вместе с грузом.
По документам в тот момент на борту было около 200 тонн ошкеренной трески. Судно стало колхозным. Судьба крепкого купца Пестова неизвестна.
1936 год. К берегу подошел пароход «Поморье». Часть норвежцев и финнов, живущих в Цып-Наволоке, была репатриирована. Затем началось планомерное выселение гражданского населения, и к началу Великой Отечественной войны (1941 год) в поселке остались только те, кто обслуживал маяк.
Март 1940 года. В Цып-Наволоке разместился погранпост 100-го погранотряда. Секретно строится батарея береговой артиллерии № 231. Орудия ставятся как раз на месте расположения норвежского поселения.
В период войны гарнизон поселка охраняет побережье и отражает налеты вражеской авиации. В 1943 году недалеко от пирса появляется братская могила. В ней похоронен экипаж потопленного сторожевого корабля.
В шестидесятые годы в Цып-Наволоке расположился зенитно-ракетный дивизион противовоздушной обороны (ПВО) с позывным «методичный». Вскоре неподалеку обосновались технический дивизион и рота военных строителей.
В 1989 году на территории дивизиона ПВО возвели двухэтажный дом со всеми удобствами, казарму, котельную, гаражи, боксы. Спустя четыре года все это было брошено…»

Уютно расположившись между грудой металлолома и штабелями плавника начали прикидывать перспективу завтрашнего перехода, а ведь это одна из основных целей поездки!
Периодически подходили к морю и вглядываясь вдаль. На улице постепенно смеркалось. На кораблях стоящих, на рейде включились огоньки. Появилось такое чувство, что мы здесь не одни, нас здесь много и это совсем не край географии, а какое ни будь Онежское озеро, и вот за мысом справа будет крупное село, но в тоже время ты понимаешь, что это не так…

3.

4.

5.

Потом я решил прогуляться в заброшенный гарнизон под созвучным названием — «Методичный»
Ни кто составить компанию мне не решился, поэтому идти в заброшки пришлось одному. Жутко однако…

6.

7.

8.

9.

10.

11.

Ранние утро. Первым делом взгляд на море. Кораблей на рейде нет, становится как более одиноко и сиротливо. На море отлив, но фаза уже приливная. Накачиваем лодку, попутно пытаемся позавтракать. Рассматриваем остров на предмет где лучше причалить. Первыми на остров уходят Женек с Ксюхой. Мы с Галей остаемся на большой земле. Пока есть время можно не спеша покушать испить чаю. Между делом поглядываем в бинокль. Через час, полтора, вижу, как маленькая точка отчаливает от берега и огибающим курсом идет к нам.
12.

13.

14.

Волнение, что нас там ждет? Как там? Тем временем Женек и Ксюха уже у берега. Что бы не таскать лодку туда сюда, узнав только где искать плиту с автографами и напутствия по перемещению по острову, мы отправились в путь. Электромотор бодренько тянул нашу лодку по водной глади Баренцева моря. Расстояние в километр лодка на электротяге преодолевает минут за десять. Подходим к берегу аккуратно, чтобы не напороться на острые камни. Вода настолько прозрачная, когда видишь камень на дне, опускаешь весло, что бы проконтролировать проход над ним, но понимаешь, что до камня как минимум метра два-три. Находи место для причала. Вытаскиваем лодку подальше от воды и как подстраховку на всякий случай лодку привязываем к камню, а сами отправляемся на поиск каменной книги, в прямом смысле этого слова.
15.

16.

17.

Что это за остров и чем он знаменит, спросите вы? И снова хочу процитировать текст их книги Орешеты Осиротевшие берега.
1995 год. Сшитый мастеровыми руками терского помора Алексея КорниловичаКлещева карбас глухо стукнулся о каменный бок острова Аникиев. На скалы высадилась первая в истории международная экспедиция. В ее состав входили профессор КристианЕриксен и архитектор Арвид Свен из Норвегии, ВалингГертнер из Голландии, а также Анастасия Кратова и автор этих строк, представлявшие Россию.
Было безветренно и солнечно. Совсем рядом торосился скалами полуостров Рыбачий, восточное был хорошо виден Кильдин, а справа от него — вход в Кольский залив. Наверное, так же осматривали окрестности мореходы, оставившие на острове Аникиевом свои имена столетия назад.
Судьба этого уникального острова довольно интересна. Его название то появляется на страницах газет и журналов, то на длительный период уходит в забвение.
Последний всплеск интереса к острову был в восьмидесятые годы, когда известному краеведу и географу Борису Кошечкину удалось организовать туда две экспедиции и найти расшифровку многих надписей на скалах. Об Аникиевом заговорили в Норвегии, Дании, России.
В 1985 году мы со штурманом Сергеем Карпенко на резиновой шлюпчонке с двумя досками вместо весел доставили на остров мемориальную доску, на которой было написано: «Остров Аникиев — уникальный памятник истории и культуры. Охраняется государством».
И вот спустя десятилетие я вновь на том месте, где должна быть мемориальная доска. Какое разочарование! Охранной доски нет, а уж о какой-либо другой охране и говорить смешно.
Аккуратно ступая среди многочисленных гнезд чаек, мы добираемся до плиты с наскальными надписями. Арвид тут же разворачивает свою походную фотолабораторию, а мы снимаем обувь и в одних носках встаем на памятник. Так делают, входя в особо почитаемые святилища. Путешествие в историю началось.
Вот известный по многим публикациям автограф Гришки Дудина «Лета 7158 го Гришка Дудин» (по новому летоисчислению это 1650 год). Есть надписи Вена Нилсена (1609 год), Якоба Патера (1615 год).
Рядом о чем-то кричит Валинг. Я его не понимаю, но догадываюсь: найдено что-то необычное. Так и оказалось. Среди сплетений надписей обнаружен автограф голландца: «Петер Книпоф 1593». До сих пор считалось, что на острове Аникиевом голландских имен нет.
Валинг ликует, а нам с Анастасией становится обидно за поморов, которые конечно же бывали здесь раньше иноземцев, но почему-то посчитали зазорным оставить свои имена на камне. Старательно списываем русские надписи, и вот первая удача: «СтояльШуеречанин Василий Малашовъ 1630 г». Дата первого посещения русскими острова Аникиев отодвинута на 20 лет! Слава тебе, Василий Малашов из Шуи!
А вот и более ранняя надпись: «1608 год». Она еле заметна. И мы, как ни старались, не смогли прочесть, кто ее оставил. Разобрали только вышедшие из глубины веков буквы «Н П Ж», которые, вероятно, входили в имя автора автографа. Бесспорно, это был русский помор. И мы можем с уверенностью сказать, что видим первый русский автограф в каменной летописи острова Аникиев. Но вряд ли мы когда-нибудь расшифруем найденные буквы.
Работать на каменной плите очень интересно. Исследуешь участок, посмотришь назад и увидишь ранее не замеченную надпись. Хорошо помогает солнце, освещая плиту под разными углами. И приходят к нам через десятилетия имена соотечественников: «Н. Л. Копытовъ 1813 года 4 июля», «Стоялъкандалаской дере. Василей Гладышовъпришол июня 17..», «Андрей Пономарев 1869 Колежма 9 июля», «1914 г В. Заборщиков к 9 дня», «Кн. Н. Голицинъ 31.7.1881», «В. Д. Бурковъ 1889 год 7 ав.»
Не правда ли, некоторые фамилии нам знакомы? Их можно найти в названиях улиц и судов. Наверное, потомки Василия Гладышева до сего дня живут в Кандалакше, а Заборщикова — в Терском районе. Насколько мне известно, князь Голицин впоследствии был архангельским губернатором.
Еще одна надпись с известной на Кольском полуострове фамилией: «1723 Быль ФадотъДмитрейМошниковъ». А вот автограф купца: «И. Базарной 1811 -1812 г.»
Всего наша экспедиция обнаружила 118 русских автографов и 101 — иноязычный, прочитала 127 имен и фамилий. Безусловно, это не все, что есть в каменной книге острова, так как мы не нашли некоторые надписи, упоминаемые исследователями XIX века.
Аникиев — уникальный памятник истории и культуры Поморья. Но все ли это понимают? В 1946 году команда пограничного катера ПК-258 поверх древних надписей нарисовала якорь и сердце. А сколько пресловутых ДМБ (сокращение образовано от слова «демобилизация». — Авт.) оставлено на камнях случайно попавшими на Аникиев защитниками Отечества!
Как же быть? Как сохранить для себя и для потомков уникальный памятник истории и культуры? Вряд ли кто-либо из нас знает ответ на этот вопрос. Полагаю, что для начала следует установить на острове Аникиевом охранную мемориальную доску, а сами наскальные рисунки огородить хотя бы символической изгородью.
А как быть с людьми, которым, несмотря ни на что, все же очень хочется оставить свой автограф на легендарном кусочке суши? Пожалуйста, для этого есть не менее пригодные соседние плиты.
Солнце зависло над цып-наволокским маяком. В губе копошатся рыбаки, проверяют яруса. Чуть поодаль ловят рыбу маленькие суденышки. Кто знает, авось вновь приглянутся здешние места людям, и в Цып-Наволок вернется жизнь.

Пробираемся мы к кресту, высокие заросли травы скрывают в себе большие ямы и расщелины скал. Провалится в такую яму будет очень неприятно и не пройдет беспоследственно для ног и коленей. Штатив хорошее подспорье на пересеченной местности, так как на него можно немного опереться и промерить глубину ям.
18.

Но вот мы вышли на плиту с автографами. Чувства того что ты стоишь на письме веков непередаваемы. Сначала начинаешь лихорадочно перемещаться по плите в поисках чего-то неизвестного, в поисках слов на родном языке, пытаешься найти даты и чем старше, тем лучше. Вот смотри, 1885Н. Банановъ и А. Воронецъ., а вот 1806, смотри-ка там дальше 1700, а вот и 1609! Самая старая дата которую нам удалось найти 1593! Фантастика!
19.

20.

21.

А вообще рекомендую отдельный пост про остров Бол. Аникиев. Спустя немного времени, эйфория немного отпускает и ты начинаешь детально изучать плиту, фотографируешь каждую надпись под разными углами, тем более, что на небе светит солнце, и в отражении надписи читаются лучше. Начинаешь замечать каллиграфию надписей и понимаешь часть из них это произведение искусства. Начинаешь всматриваться в слова своих соотечественников которые побывали на острове. За осмотром автографов время пролетело незаметно. Дальше мы с Галей предприняли попытку дойди до птичьего базара. Но было видно, что с приближением чужаков к гнездам птиц, последние очень волновались, кружились над нами и с каждым шагом их становилось все больше и больше. Мы поняли, что неверно не стоит беспокоить пернатых, ограничились лишь несколькими снимками и пошли обратно к лодке.
22.

23.

Тем временем погода немного ухудшилась и начал накрапывать дождик. Пришлось немного поторопится. Когда мы подошли к лодке, каково было наше удивление, лодка свободно плавала и только веревка привязанная к камню, не отпускала лодку в свободное плавание, между прочим я напомню, что когда мы пришли на остров, лодку я полностью вытащил из воды. Прилив, дело не шуточное!
24.

25.

Добравшись до материка пошли пить чай и делиться впечатлениями. Время пролетело незаметно и на часах уже два часа . Женек с Ксюхой пошли спать, а мы с Галей пошли искать место предполагаемого боя Аники с монахом Печенгского монастыря. В своей книге Михаил Орешета упоминал некую высоту не далеко от реки Аникеевка. В ближайшей перспективе видна лишь безимянныя высота 69,6. Скорее всего именно там нужно попробовать найти место боя.
26.

В прошлом веке норвежец Я.А. Фрийс записал в Цып-Наволоке то ли сказку, то ли быль о поединке печенгского монаха Амвросия с угнетателем рыбаков Аникой. Суть ее такова.
Ежегодно во время промысла в Цып-Наволок приходил большой корабль. Его владелец, великан Аника, не утруждал себя рыбной ловлей, а просто забирал у ловцов десятую часть пойманной рыбы. Покоряясь силе, рыбаки мирились с ограблениями. Недовольных Аника вызывал на поединок и условие ставил такое: если противник меня победит, всех освобожу от дани.
Никто не решался на бой с великаном.
Шли годы. Однажды пришел на промысел неприметный монах Печенгского монастыря Амвросий. Он-то и решился на схватку с угнетателем.
На сопке, недалеко от реки Аникеевки, был обозначен камнями большой круг. В него вошли великан Аника и небольшого роста смельчак Амвросий. Долго они боролись, да все на равных. Но вот у монаха слетела с головы шапка. Русые волосы рассыпались по плечам. Аника устрашился вида Амвросия и пал духом. А поддерживаемый криками своих товарищей монах поднял соперника над землей и бросил на камень с такой силой, что Аника испустил дух. Похоронили великана в центре круга.
Известно, что в прошлом веке рыбакам показывали могилу Аники на острове Аникиевом. Но там ли она? И есть ли она? Мы несколько раз детально обследовали весь остров, но ничего похожего так и не нашли. Да и вряд ли могли найти. В легенде сказано, что бой происходил на сопке, недалеко от реки. Долгие годы я был уверен, что могила Аники, если она есть, находится на побережье губы Корабельной, на кончике мыса Сергеева, там, где показал Николай Вербанович.
В принципе почти все сходится. Есть каменный гурий внушительных размеров, есть что-то напоминающее круг и могилу. Вот только место далековато от реки — около двух с половиной километров — и круг уж очень тесен для поединка.
Во время международной экспедиции 1995 года норвежцы КристианЭриксен и Арвид Свен, специалисты по археологии, привезли с собой вариант легенды об Анике, существующий в их стране. С ними мы и обследовали сначала остров Аникиев, затем мыс Сергеев, потом непонятного происхождения круг в бухте Сергеева — все было похоже — и только!
В один из вечеров Арвид отправился фотографировать закат солнца на гору Аникиевку. С ним пошел Эриксен. И, как всегда в подобных случаях, остальные: переводчица Анастасия Куратова, ВалингГертнер, мой сын Сережа и я.

Погода была не ахти, ветер, мелкий дождь. Тянемся мы на сопку, и вдруг Сережа кричит:

— Па, здесь круг какой-то!

Подходим. Ровная, как стол, каменная площадка. На ней выложенный из валунов даже не круг, а скорее неправильной формы восьмигранник. А в центре… Что бы вы думали? Могила!
Пока подходят остальные участники экспедиции, измеряем ограждение. Длина окружности около 50 метров. Диаметр около 10-ти.

ПодошедшийАрвид тут же обращает наше внимание на то, что могила вскрыта. Оказывается, в начале века здесь работал шведский археолог. Он нашел в могиле человеческие кости больших размеров.
Вот вам и легенда! Получается, быль!

На вершине сопки ветер почти сбивает с ног. С нее же открывается вид на Цып- Наволок, Методичный, на море и острова Малый и Большой Аникиев.

27.

28.

29.

30.

Вглядываюсь в хоть какое то ровное место свободное от камней. Вот вроде бы похожее место. Подойдя поближе понимаешь, что здесь ни о каком бое и речи идти не может. На первый взгляд ровная площадка, под слоем тундряка скрывает расщелины, в которых и без боя можно подвернуть ногу. Обойдя все в округе я так и не смог найти ни чего похожего.
31.

32.

Возвращаясь обратно решил пойти «верхом» мимо стоящих вертикально камней. Спускаюсь с сопки, уже потеряв всякую надежду найти, что-то похожее вдруг краем глаза замечаю несколько каменных холмиков. Присматриваюсь. Вот тебе на! Очерчен круг, а центре яма. Все точно как в книге у Михаила. Пустячок а приятно!
33.

34.

Вечером прогулялись вдоль побережья, в шатких попытках найти место где стояла часовня. Но к сожалению ни каких зацепочек найти нам не удалось.
Зато отсюда виден остров Кильдин – «остров летающих собак». Еще одно место, куда я хочу попасть.
35.

36.

37.

38.

39.

Возвращаемся в лагерь. Ветер немного стих. Можно устроить и «банный» день или уже вечер. Заодно надо обновить супер-душ. Конечно это не джакузи, но при наличии мобильного душа, мыться вполне комфортно. Но за ни имением последнего, приходилось обливаться из пяти литровых баклажек, что вносило некоторое неудобство в принятии душа.
Вечером развели костер из плавника — устроив тем самым второй маяк)))
Завтра нам предстоит заехать еще в одно очень не популярное место, я не знаю, там вообще хоть кто-то побывал из «покорителей» Рыбачьего? А затем поедем в Зубовскую губу, там есть так же интересные места…
40.

2 thoughts on “Там насамом, — на краю земли… Цып-Наволок

  • Это мой дом, наша часть, я там жила с родителями. так жаль все это видеть в таком заброшенном состоянии, Когда-то там была жизнь))) и Новый год и день рождения ))) Как я вам завидую, что вы там побывали, как я бы хотела там побывать вновь )))

    • А я наверное где-то завидую вам. Пожить там на краю земли наверное многого стоит. А вот смотреть на всю эту разруху конечно тяжело.
      Да, проехать туда к сожалению на простой легковой машине совсем не просто — наверно даже невозможно.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *